Два дня счастья

Банка красной фасоли была симпатичнее, чем белой. Натуральную брать или в томате?
В холодильнике лежит штук пять шампиньонов, хвостик порея – можно приготовить на вечер салат из натуральной фасоли.

Еще и на утро останется. А если взять в томатном соусе, то ее можно разогреть с ветчиной.
Конечно, хорошо бы сделать похлебку, но так не хочется возиться, а тут все-таки горячее. Или взять все-таки банку белой?
Господи, как здорово, впереди целый вечер ничего неделанья. А потом целых две недели отпуска.

- Ленок, привет! – мягкий тенор раздался прямо рядом с ухом.
Лена вздрогнула, она меньше всего ожидала услышать именно этот голос и именно сейчас, когда ей было так хорошо.
- Привет, как дела? – машинально отвела она, все еще размышляя о фасоли.
- Я так рад тебя видеть! Как давно мы не общались… Пойдем куда-нибудь, посидим? – И видя, что девушка замялась, добавил, — Ну, когда еще выпадет такой случай? Не лишай меня возможности почувствовать себя счастливым хоть один вечер!

В его взгляде было столько мольбы и отчаянья, что Лена разволновалась, она понимала, что уже не сможет отказаться от приглашения, это надо было делать сразу же.
А теперь… Но ведь он сам подошел, сам! Может быть, он что-то понял про свою жизнь?

Они не виделись целый год, он ни разу за это время не позвонил, не написал ни одного письма, и сейчас мог пройти мимо.
Может быть, именно эта встреча станет самым запоминающимся событием в ее жизни?
Сердце билось где-то в горле, мешая дышать. Чтобы не выдать своего волнения, она только кивнула и молча последовала за ним.

Официант, подавая меню, перевел взгляд с Саши на нее, и в его взгляде мелькнула жалость.
И что-то вроде сочувствия. Лену это смутило.
Но подумать об этом она не успела, ее спутник сделал заказ и засыпал ее вопросами: как жила, что делала, чем занималась?

Едва дослушав ее односложные ответы, сам стал рассказывать, как поехал на Мертвое море, а попал в Стамбул, как все-таки добрался до Эйлата. Рассказчик из него был отменный, Лена смеялась, что-то рассказывала сама. И когда они поехали к нему домой, она уже ни о чем не тревожилась. Даже сочувствующий взгляд официанта забылся.

- Сашка, у тебя на кухне ничего за год не изменилось. И моя вазочка стоит все так же с бусинками от колье.
И кофе на нижней полке, как я его поставила год назад. Или это та же самая пачка, про которую ты забыл?
- Я теперь храню кофе только здесь, — промычал он, чмокая ей затылок, — чтобы тебе не надо было тянуться к верхним шкафчикам.
- Ты думал, что я еще приду к тебе?
- Я знал это. Я каждый день тебя ждал.
- А почему ты мне ни разу не позвонил?
- Потому что уважал твое решение уйти и не хотел давить. А если честно… то просто боялся, что ты меня пошлешь, — он сгреб ее в охапку. Вино они допивали уже в спальне. «Господи, — подумала Лена, засыпая на его плече, чего я боялась?».

Позавтракав, они поехали в бассейн, гуляли по набережной, вконец замерзнув и проголодавшись, зашли в ближайшее кафе, и уже сытые вернулись в спальню допивать вино.

Когда начались вечерние новости, Саша посадил ее напротив себя и, слегка волнуясь, сказал:
- Леночка, завтра ко мне приезжают гости, это очень важная встреча. Поможешь мне их принять? Ты отличная хозяйка, хочется, чтобы… Не хочется ударить лицом в грязь.
В голове уже слегка шумело от выпитого, а тут уши заложило, голова закружилась, бросило в жар:
- Что нужно сделать?
- Я думаю, что накрывать на стол много ни к чему, чтобы скромненько, но со вкусом. Впрочем, это на твое усмотрение.
Главное, чтобы ты не сильно устала, поздно уже. Хочу, чтобы ты выспалась и завтра была в хорошем настроении, бодрая и веселая.

Лена открыла холодильник, шкафчики, посмотрела запас продуктов:
- Во сколько надо будет накрыть стол?
- Достаточно, если пара блюд будет стоять в холодильнике. Приедем из аэропорта и поставим на стол.
- А горячее?
- Там разберемся! Чем тебе помочь?
- Не стой над душой!

К часу ночи в холодильнике стояли профитроли с грибным и печеночным паштетом, салат с индюшатиной и зернами граната, корзиночки с семгой и шпинатом. На плите в кастрюльке остывали куриные бедрышки с шампиньонами и пореем.
Саша успел к этому времени заснуть, но стоило ей войти в спальню, вскочил?
- Ленок, прости, заснул. Меня как срубило. Ты не сильно умоталась?
- Пойдешь, смотреть мои шедевры?
- Конечно, пойду, помоги мне встать! – она протянула ему руку и оказалась в его объятиях, с походом на кухню они подзадержались.

Когда, наконец, добрались до холодильника, Саша, увидев великолепие завтрашнего стола, только причмокнул, и опять уволок подругу в спальню.
Лена долго не могла заснуть, завтра она вместе с Сашей будет встречать гостей на правах хозяйки. Интересно, как он ее представит?
Господи, а ведь чуть было не отказалась от его приглашения. Так бы и плакала по нему не в силах ни забыть, ни вернуться. Сашка очень заботливый, нежный.

В прошлом году, когда они ездили с ним в Гамбург, она сильно замерзла на Альстере и в отеле начала чихать.
Так, ночью он поднял на ноги весь персонал, нашел лекарства, тазик, набрал горячей воды, грел ей ноги, укутал в плед.

Она вспоминала эту поездку и плакала от горя, сердце невыносимо болело все это время, а, оказывается, он каждый день вспоминал о ней, жалел, что расстались. И ведь она даже не помнит причины, заставившей ее хлопнуть дверью.
Просто тогда ей показалось, что в их отношения закралась безнадежность. Она не забрала своих вещей, и он бережно хранил в шкафу ее полотенца, купальник, футболки.

Он говорил, что мечтал встретить ее нечаянно на улице и обнять, чтобы услышать запах ее волос.
- Ленок, Леночка, вставай, пора в аэропорт.
Лена сладко потянулась, из кухни пахло кофе: «Сашка, милый, уже кофе сварил».
Она пристегнула ремень безопасности:
- Во сколько самолет?
- Уже скоро, Ленок, — он остановил машину в кармане у киоска неподалеку от ее дома и нежно поцеловал ее. – Ну, что, позвонишь мне через неделю? Сама понимаешь, на этой я буду занят.
- А разве ты не познакомишь меня… Подожди, а кого ты встречаешь? Это разве не по работе?
- Лен, ну, давай не будем! Гости уедут, и я буду в твоем распоряжении почти полгода.
- А дальше? А дальше что? Что будет через полгода? Кто твои гости? – Она хотела кричать, но вместо крика вырывался шепот.
- Лена, это женщина. Возможно, она согласится стать моей женой. Но это случится не раньше чем через полгода.

Где-то под ложечкой засосало. Лена не смогла сказать хоть что-то в ответ, потому что во рту пересохло.
Она с трудом отстегнула ремень и вышла из машины. Как оказалась дома, она не помнила.
Из оцепенения ее вывел телефонный звонок. Лена огляделась, встала с пола, и, ковыляя, потому что затекла нога от долгого сидения в неудобной позе, добралась до сумки с сотовым. Механический голос напомнил ей, что нужно оплатить счета. Кидая трубку обратно в сумку, она вдруг обнаружила там банку красной фасоли: «Откуда это? Я вышла из магазина без покупки!». От боли перехватило дыхание.

Когда слезы кончились, она почувствовала, что замерзла и, поставив чайник на плиту, пошла в душ.
Струи воды стекали по телу, согревали его, вот так бы стоять вечно… Чайник засвистел. Не надо было его ставить. Если бы она зашла в другой магазин, или отказалась от его приглашения. Душа продолжала бы потихоньку ныть от боли, к которой уже привыкла. Не было бы двух счастливых дней, за которые она успела так много намечтать.

Она обожглась, подула на чай. Может напиться, чтобы вообще ничего не чувствовать?
Нет, это уже было, и это не помогло. Она посидела еще немного в отупении: боль то ли отступила, то ли ее вытеснило безразличие.
Неожиданно Лена заговорила вслух:
- Два дня я фантазировала, что стану женой любимого человека. Два дня я верила, что он ждал меня, и корила себя за то, что ушла от него. Я переживала, что мы потеряли целый год счастливой жизни. И все это зря! Два дня я была счастлива! Я зря была счастлива?!
Лена оставила остывший чай и включила компьютер.

Пальцы быстро забегали по клавишам: «Саша, спасибо тебе за две незабываемых ночи. Ты был бесподобен!».
Было желание написать, что это событие останется в ее памяти, как самое яркое, что она никогда не перестанет его любить, а потому желает ему счастья, но она вспомнила, что классик что-то там говорил о краткости.

Отправив письмо, она посмотрелась в зеркало, и сказала своему отражению:
- Тебе плохо, у тебя болит душа, но боль когда-нибудь пройдет.
Сашка тебя любит… по-своему, очень по-своему. Он даже подарил тебе банку фасоли.
Но это не повод огорчаться. Потому что главное – это не его, а твои чувства. Два дня счастья не могут быть зря!
Потом она взяла пушистый плед и легла на диван, закутавшись в него с головой.

Алена Оленова

Комментарий психолога

Когда видишь подобную историю со стороны, думаешь: «Ну как же так: женщина совсем себя не уважает».
Или же: «Может, это и есть настоящая любовь?»
Когда же ты сам находишься в эпицентре драмы, то чаще всего, поступаешь также.

Что же за отношения здесь описаны?
Женщина думает, что любит, а на самом деле она находится в состоянии любовной зависимости.

Она ждет любимого — сколько надо, ничего не требует и даже не интересуется, к чему все его просьбы. Она готова на все.
Она попадает в свои иллюзии, фантазируя о смысле поступков партнера, даже не пытаясь приблизиться к реальности (В реальность мы можем попасть, задавая вопросы).

Ее поведение, скорее напоминает действия ребенка, горячо любящего своего родителя, готового простить ему все на свете за моменты любви и близости.

Скорее всего, она была сильно обделена и родительским вниманием, и любовью, вопросы задавать не приучена — надо ловить момент и наслаждаться счастьем, пока не отняли.

Такому человеку совершенно немыслимо рассуждать в духе: «Я способна иметь в своей жизни много отношений, и я буду выбирать те, где я могу быть собой, и в которых мне не нужно платить за близость своей личностью».

Как правило, недолюбленная женщина встречает такого партнера, с которым она воспроизведет свою травму одинокого ребенка, который будет зарабатывать любовь — покорностью, преданностью, готовностью жертвовать собой.

Такие женщины, как правило, не находят достойных мужчин, ибо последние бегут от Жертвы (а это именно она), как от чумы. За преданностью Жертвы стоят огромные ожидания в духе «ты обязан дать мне то, что я недополучила», а здоровый мужчина будет тяготиться ролью Спасителя.

Такой женщиной может заинтересоваться травмированный мужчина, который сам боится партнерских, равных отношений, зато хорошо себя чувствует в зависимых, и который может «отыгрывать» роль настоящего Родителя — того самого, который был у этой женщины в реальности, и который не долюбил, недооценил, не додал — тепла и внимания.

Это грустный сценарий еще и потому, что женщина настолько сосредоточена на объекте «любви», что хочет получить заботу только от него, попутно обесценивая других мужчин да и всех остальных людей тоже. Ей кажется, что никто другой ей не нужен, и она фактически добровольно «замирает», отказываясь жить без партнера, который мучает и использует ее.

Вероника Хлебова

This entry was posted in Истории наших читателей с комментариями психолога and tagged , . Bookmark the permalink.